Евгений Абрамович Баратынский

(19 февраля (2 марта) 1800 -29 июня (11 июля) 1844)

Портрет Е.А. Баратынского (художник Ф.Ф. Шевалье)

Портрет Е.А. Баратынского (художник Ф.Ф. Шевалье)

 

Евгений Абрамович Баратынский родился 2 марта 1800 года. Семья его принадлежала знатному дворянскому роду, из польских шляхтичей. Он учился сначала в частном немецком пансионе, затем в Пажеском корпусе – самом престижном учебном заведении того времени. Евгений мечтал о военной карьере, знал три иностранных языка. Однако случилась некрасивая история, которая повлияла на всю дальнейшую судьбу Баратынского. Вместе с несколькими воспитанниками Пажеского корпуса он оказался замешан в краже золотой табакерки у отца одного из друзей. Это вроде бы была юношеская шалость – на вырученные деньги они накупили сладостей. Но в Пажеском корпусе это посчитали серьезным проступком, всех участников исключили и лишили права поступать на государственную службу.

Несколько лет Баратынский жил в деревне с матерью, а затем служил простым солдатом. Он вспоминал впоследствии: «Один раз меня поставили на часы во дворец во время пребывания в нём покойного государя императора Александра Павловича. Видно, ему доложили, кто стоит на часах: он подошёл ко мне, спросил фамилию, потрепал по плечу и изволил ласково сказать: “Послужи!”».

В это время он дружил и жил в одной квартире с Антоном Дельвигом. Поэзия помогала друзьям в нелегких условиях. О своей жизни они написали шуточное стихотворение в стиле «Илиады» Гомера:

Там, где Семеновский полк, в пятой роте, в домике низком,
Жил поэт Баратынский с Дельвигом, тоже поэтом.
Тихо жили они, за квартиру платили не много,
В лавочку были должны, дома обедали редко.

Примерно в те годы Баратынский познакомился с Пушкиным, близким другом Дельвига, и начал публиковаться. Его стихам были свойственны меланхолия, задумчивость, интеллектуальная напряженность. Предмет изображения в них – не чувство, а мысль о нём, его анализ. Склонность мыслить и анализировать стала причиной трагических противоречий в жизни поэта.

В 1820 году Баратынский получил унтер-офицерский чин и был направлен на службу в Финляндию. В это же время Пушкин поехал в ссылку – сначала в Кишинев, а затем в Михайловское. Несмотря на то, что они были разлучены, Пушкин всегда интересовался и восхищался творчеством Баратынского:

"Но каков Баратынский? Признайся, что он превзойдет и Парни и Батюшкова - если впредь зашагает, как шагал до сих пор - ведь 23 года счастливцу!"
(письмо А.С.Пушкина П.А. Вяземскому 2 января 1822 года)

«Пришли же мне «Эду» Баратынскую. Ах он чухонец! да если она милее моей черкешенки [героиня поэмы А.С. Пушкина «Кавказский пленник»], так я повешусь у двух сосен и с ним никогда знаться не буду».
(письмо А.С. Пушкина Л.С. Пушкину, 4 декабря 1824 года)

«Баратынский – прелесть и чудо, «Признание» – совершенство. После него никогда не стану печатать своих элегий, хотя бы наборщик клялся мне евангелием поступать со мною милостивее».
(письмо А.С. Пушкина А.А. Бестужеву, 12 января 1824 года)

Баратынский оставил необычные «рецензии» на произведения Пушкина. Например, от «Повестей Белкина» он, по словам самого поэта, «ржал и бился».

Через несколько лет Баратынский вышел в отставку и поселился в Москве. В 1824 году и у Пушкина появилась возможность жить в Москве и Петербурге. В это время они часто встречались, сотрудничали в журнале «Московский телеграф», были популярны.

«Мы увидали Пушкина с хор Благородного Собрания. Внизу было многочисленное общество, среди которого вдруг сделалось особого рода движение. В залу вошли два молодые человека. Один был блондин, высокого роста; другой – брюнет, роста среднего, с черными, кудрявыми волосами и выразительным лицом. «Смотрите, – сказали нам: – блондин – Баратынский, брюнет – Пушкин». Они шли рядом, им уступали дорогу. В конце залы Баратынский с кем-то заговорил. Пушкин стал подле белой мраморной колонны, на которой был бюст государя, и облокотился на него».
(Т.П. Пассек. «Из дальних лет. Воспоминания»)

Отношения Баратынского и Пушкина оценивают по-разному, упоминают даже о зависти со стороны Баратынского (возможно, потому что он критически отнесся к «Полтаве» и сказкам Пушкина). Но безусловно поэтов связывали теплые дружеские чувства. Пушкин звал Баратынского в Михайловское, читал наедине «Бориса Годунова», пригласил на свой «мальчишник», а после смерти Дельвига среди оставшихся друзей назвал его имя.

Несмотря на то, что Баратынский критически относился к произведениям Пушкина и не воспринимал каждое из них как шедевр по умолчанию, он понимал масштаб гениальности поэта:

«…чудесный наш язык ко всему способен... Он создан для Пушкина, а Пушкин для него... Иди, доверши начатое, ты, в ком поселился Гений! <…> Соверши один, что он совершил один; а наше дело – признательность и удивление».
(письмо Е.А. Баратынского А.С. Пушкину, декабрь 1825 года)

 

«А.С. Пушкин и Е.А. Баратынский в Казани» (художник Б.А. Старчиков)

«А.С. Пушкин и Е.А. Баратынский в Казани» (художник Б.А. Старчиков)

 

Пушкин же так писал о нем:

«Баратынский принадлежит к числу отличных наших поэтов. Он у нас оригинален – ибо мыслит. Он был бы оригинален и везде, ибо мыслит по-своему, правильно и независимо, между тем как чувствует сильно и глубоко. Гармония его стихов, свежесть слога, живость и точность выражения должны поразить всякого, хотя несколько одаренного вкусом и чувством».
(А.С. Пушкин, фрагмент незавершенной статьи о Е.А. Баратынском)

В 1826 году Баратынский женился Анастасии Львовне Энгельгардт. Он получил богатое приданое за супругой и прочное положение в свете. В 1831 году Баратынский оставил гражданскую службу и занялся хозяйством в поместье Мураново. В это время он писал стихи, в которых радовался жизни «Весна, весна! как воздух чист!» и «Чудный град порой сольется».

Смерть Пушкина поразила Баратынского:

«Естественно ли, что великий человек, в зрелых летах, погиб на поединке, как неосторожный мальчик? Сколько тут вины его собственной, чужой, несчастного предопределения? В какой внезапной неблагосклонности к возникающему голосу России провидение отвело око свое от поэта, давно составлявшего ее славу и еще бывшего ее великою надеждою? Он только что созревал. Что мы сделали, Россияне, и кого погребли!».
(Е.А. Баратынский П.А. Вяземскому, 5 февраля 1837 года)

В 1837 году Баратынский окончательно разочаровался в российской действительности, отошел от литературной жизни, практически не выезжал из Муранова.

Там в 1842 году он написал поэтический цикл «Сумерки». Последний и один из самых значительных в творчестве Баратынского стихотворный сборник был раскритикован современниками. Сумерки у поэта – символ заката жизни. «Золотой век» миновал, человечество обретено на гибель. Когда-то духовное и физическое в человеке были неотделимы друг от друга. Мир был способен к пониманию духовной красоты. Но равновесие чувства и разума, тела и души, человечества и природы распалось, и тогда исчезло творческое начало.

В 1843 году Евгений Абрамович с женой и детьми отправился в путешествие по Европе. Он встречался с известными литераторами, которые восхищались его стихами, перевёл пятнадцать своих лирических произведений. Поездка была приятной, семья посетила Париж, Берлин, другие знаменитые европейские города. В Неаполе у Баратынского начались головные боли, и он внезапно скончался. Ему было 44 года.