Анна Николаевна Вульф

17 (29) декабря 1805 – 17 (29) апреля 1881 

Анна Николаевна Вульф

Анна Николаевна Вульф (художник Э.Мартен)

 

Анна Николаевна Вульф - соседка Пушкиных по Михайловскому поместью, дочь Прасковьи Александровны Осиповой от первого брака - жила в Тригорском вместе со своей семьей Осиповых-Вульф. Она познакомилась с поэтом в 1817 году, когда он приезжал в Михайловское после окончания Царскосельского лицея. Анна была уже взрослой девушкой. Другие дочери Прасковьи Александровны были еще детьми, поэтому Пушкин наверняка обратил внимание на свою ровесницу. Позднее, когда в 1824 году поэт приехал в Михайловское в ссылку, они стали дружить. Все биографы сходятся на том, что у Анны Николаевны были к поэту не только дружеские чувства. Она всю жизнь безответно и безнадежно его любила.

Анна была хорошим собеседником и верным другом, но в тоже время экзальтированной, сентиментальной барышней. Пушкин подтрунивал над ней, не оставляя ей никакой надежды на взаимность.

В 1825 году поэт посвятил Анне Вульф довольно безжалостное стихотворение:

Я был свидетелем златой твоей весны;
Тогда напрасен ум, искусства не нужны,
И самой красоте семнадцать лет замена.
Но время протекло, настала перемена,
Ты приближаешься к сомнительной поре,
Как меньше женихов толпятся на дворе,
И тише звук похвал твой слух обворожает,
А зеркало смелей грозит и устрашает.
Что делать? утешься и смирись,
От милых прежних прав заране откажись,
Ищи других побед — успехи пред тобою,
Я счастия тебе желаю всей душою,
а опытов моих,
Мой дидактический, благоразумный стих.

Чувства Анны к Пушкину беспокоили родных, поэтому в 1826 году Прасковья Александровна отправила ее в тверское имение Малинники, подальше от Михайловского.

 

Анна Николаевна Вульф (рисунок А.С. Пушкина в альбоме Ушаковой)

Анна Николаевна Вульф (рисунок А.С. Пушкина в альбоме Ушаковой)

 

Когда в сентябре 1826 года по приказу императора Николая I Пушкина экстренно увезли из Михайловской ссылки и друзья не могли точно знать, какая его ждет судьба, Анна ему писала:

«Что сказать вам и с чего начать мое письмо? А вместе с тем я чувствую такую потребность написать вам, что не в состоянии слушаться ни размышлений, ни благоразумия. Я словно переродилась, получив известие о доносе на вас. Творец небесный, что же с вами будет? Ах, если бы я могла спасти вас ценою собственной жизни, с какой радостью я бы пожертвовала ею ради вас и вместо всякой награды я попросила бы у неба лишь возможности увидеть вас на мгновение, прежде чем умереть. <…>Боже, как я была бы счастлива узнать, что вас простили, – пусть даже ценою того, что никогда больше не увижу вас, хотя это условие меня страшит, как смерть».

Для сравнения приведем фрагмент сохранившегося письма Пушкина к Анне Николаевне, отправленного на год раньше (21 июля 1825 г. Из Михайловского в Ригу):

«Итак, вы уже в Риге? одерживаете ли победы? скоро ли выйдете замуж? застали ли уланов? Сообщите мне обо всем этом подробнейшим образом, так как вы знаете, что, несмотря на мои злые шутки, я близко принимаю к сердцу все, что вас касается.– Я хотел побранить вас, да не хватает духу сделать это на таком почтительном расстоянии. Что же до нравоучений и советов, то вы их получите. Слушайте хорошенько: 1) Ради бога, будьте легкомысленны только с вашими друзьями (мужеского рода), они воспользуются этим лишь для себя, между тем как подруги станут вредить вам, ибо – крепко запомните это – все они столь же ветрены и болтливы, как вы сами. 2) Носите короткие платья, потому что у вас хорошенькие ножки, и не взбивайте волосы на височках, хотя бы это и было модно, так как у вас, к несчастью, круглое лицо. 3) С некоторых пор вы стали очень осведомленной, однако не высказывайте этого, и если какой-нибудь улан скажет вам <что с вами нездорово вальсировать>, не смейтесь, не жеманьтесь, не обнаруживайте, что польщены этим; высморкайтесь, отвернитесь и заговорите о чем-нибудь другом. 4) Не забудьте о последнем издании Байрона».

Очевидна разница в их отношении друг к другу.

 

«Пушкин в Тригорском» (художник Борис Георгиевич Биргер)

«Пушкин в Тригорском» (художник Борис Георгиевич Биргер)

 

После того, как поэт получил возможность выехать из Михайловского, их встречи прекратились. Анна Николаевна жила в Малинниках, в Тригорском, приезжала в Петербург. Она никогда не выходила замуж и не имела детей. В одном из писем она писала Пушкину: «Прощайте, мои радости, миновавшие и неповторимые. Никогда в жизни никто не заставит меня испытывать такие волнения и ощущения, какие я чувствовала возле вас».

В 1829 году поэт нарисовал портрет А.Н. Вульф в альбоме Ушаковой. Рядом с женской фигурой на изображении виден верстовой столб с цифрой 235 (это расстояние в верстах от Москвы до Малинников).

Известно, что она бывала дома у Пушкиных, была знакома с женой поэта. В начале их знакомства Наталья Николаевна, которой муж рассказал о своих прежних привязанностях, поинтересовалась у Анны Николаевны об отношениях Пушкина и Евпраксии Вульф, младшей сестры Анны Николаевны. В ответ Вульф написала холодное и сдержанное письмо:

«Как можете вы питать ревность к моей сестре, дорогая моя? Если ваш муж даже был влюблен в нее некоторое время, как вам непременно хочется верить, то разве настоящим не поглощается прошлое, которое лишь тень, вызванная воображением и часто оставляющая не больше следов, чем сновидение? Но ведь на вашей стороне обладание действительностью, и все будущее принадлежит вам».

 

«Тригорская молодежь в парке» (художник В. Орлов)

«Тригорская молодежь в парке» (художник В. Орлов)

 

В письме Анна Николаевна с трудом скрывает обиду. Конечно, ей было горько узнать о том, что Пушкин делится с женой их общими тайнами. Но она его снова простила. А вот Наталью Николаевну, как и все тригорские обитательницы, с тех пор недолюбливала.

Анна Николаевна умерла в Тригорском в 1857 году. Перед смертью попросила уничтожить переписку с поэтом.